Вы здесь
Главная > Общество > Церковь > «Помощь наша — это капля в море…»

«Помощь наша — это капля в море…»

Накануне Страстной седмицы, предшествующей светлому Христову Воскресению — главному празднику всех христиан, самое время задуматься о своей душе: не заскорузла ли в житейских заботах? Обратим свои взоры на тех, кто вершит каждодневный труд молитвы, подвижничества и любви, — на братьев и сестер милосердия православного общества сестер милосердия во имя Св.прав. Иулиании Муромской (Лазаревской) Свято-Успенского женского монастыря города Александрова.

Движению сестер милосердия в России 166 лет. За это время оно знало немало ярких примеров служения. Во время первой мировой войны императрица Александра Фёдоровна и четыре Великие Княжны стали сестрами милосердия. Если особы царских кровей своими белыми ручками кровавые бинты снимали — значит, видели в этом особый смысл. Законы любви никто не отменял, равно как и преемственность традиций. Они сегодня как никогда живы, если александровские сестры милосердия изо дня в день, не задумываясь об этом, жертвуют собой, самоотверженно служат людям, нуждающимся в поддержке и утешении.

28 октября 2007 года отец Андрей (Устюжанин) на литургии заговорил о том, что владыка Евлогий благословил на создание сестричества милосердия при Свято-Успенском женском монастыре. Наша газета подробно писала об этом событии в № 30 от 30 июля 2008 года. О том, чем сестричество занимается сейчас, нам рассказала Надежда Моисеева:
— В больнице (в отделениях травматологии, хирургии, кардиологии) есть люди, за которыми некому ухаживать, — потерявшие родных, одинокие, беспомощные. В основном это бомжи. Брошенные, без документов. Наши задачи: санитарно-гигиенический уход, кормление, то есть уход за телом. И духовное просвещение, воцерковление этих людей. Да и не только этих — всех желающих.

Утро сестер в отделении начинается с раздачи православным больным святой воды и кусочка просфоры с молитвой: «Да будет дар Твой святый: просфора и святая Твоя вода во оставление грехов моих, в просвещение ума моего, во укрепление душевных и телесных сил моих, во здравие души и тела моего…» Те, кто принимает эти дары, говорят, что быстрее заживают раны, лечение протекает без осложнений.

После завтрака сестры обходят палаты, оказывают необходимую помощь больным, ходят в аптеку за лекарствами. А еще рассказывают о христианских праздниках, читают главы из Евангелия, Жития святых, православные газеты; помогают подготовиться к исповеди, причастию. Ведь телесное здравие невозможно без духовного врачевания.

Батюшка приходит в отделение постоянно, если люди просят такой помощи, хотят поговорить, пообщаться. Сестрам выделили комнату на третьем этаже травматологии. Батюшка ее освятил и с 3 июня 2009 года раз в неделю проводит молебны о здравии. Были случаи соборования, крещения.

Кто же под опекой сестер милосердия? Не все из неблагополучной среды, кто-то просто попал в беду. Надежда рассказывает:
— Одного мужчину избили и выбросили из поезда в Ярославле. Он оказался из Питера. Наш паломник его обнаружил, привез в александровскую больницу, а потом он же отвез его домой.

По возможности помогаем найти родных. Ведь снимают с поезда обобранных, избитых, раздетых, потерявших сумки, деньги, документы, — всё. Восстанавливаем им документы. Нам не отказывает начальник визовой службы, делает в ускоренном режиме. Выхаживаем им полисы медицинские. Находили родственников, которые давали деньги на лечение, отвозили домой. Очень часто страдают мигранты. С Украины парень приехал на работу. Его избили, отобрали документы. Попал к бомжам. Там тоже что-то приключилось. Поступил в больницу сильно избитый, больше недели не мог есть. Мы его выходили. Он говорит однажды: «Я хотел бы, как в детстве, яичко вареное с чесночком и майонезом». Сестра принесла ему яичко домашнее, сделала все, как он просил. Носили ему молоко. Он поправился.

Мы его отправили в Украину. Там он хотя бы сможет восстановить свои утраченные документы. В порядке исключения нам это удалось. ЛОВД обратилось в посольство Украины, парню выдали на месяц временный документ, на основании которого можно купить билет на поезд и уехать. Но сам он не в состоянии купить, денег нет. Мы собрали деньги на билет, дали продуктов в дорогу, посадили в поезд.

Мужчина, бомж, жил возле Вечного огня, спал там, и загорелась куртка. Получил страшный ожог спины, попал в больницу. Забинтовать спину было невозможно. Каждый день была нужна х/б рубашка. Наши женщины из дома перетаскали все, что могли. Лежала старушка с ожогами, ей нужны были х/б футболки, ночные рубашки. Обращаемся к горожанам: не выбрасывайте на помойку хорошие вещи, не сжигайте их, лучше передайте в сестричество. Если хотите помочь, приходите в монастырь в воскресенье. Увидите в белых платах женщин — это и есть сестры милосердия. Подойдите, отдайте им вашу лепту.

Женщины наши работают с душой, учат примером своим. Показывают, что такое христианское отношение к людям. Бывает, что и родственники у человека есть, но они не могут приходить часто. Мы не проходим мимо. Денег не берем — не положено. Все наши доходы из «кружки» (так называется ящичек на шее у кого-то из нас). Люди выходят из храма после службы, и человек этот говорит: помогите детям и больным. Кто-то дает копеечки, кто-то десяточки. На эти деньги мы покупаем средства для ухода за больными, костыли, тапочки, трико, ночные рубашки и многое другое.

— Почему люди занимаются благотворительностью?

— Батюшка нам сказал, что мы совершаем много неправильных поступков, грешим мыслями нехорошими. Оправдаться можно только делами милосердия. А творить дела милосердия мы не умеем, нас не научили. Как мы милостыню подаем? У нас нет сочувствия к этому человеку. Сунули и пошли.

— А если мы ближним своим добро делаем, за больными родственниками ухаживаем, это разве не милосердие?

— Так мы это обязаны делать!

— А если помогаем кому-то незнакомому?

— Чаще всего есть внутренняя корысть. Мы знаем: сделаю хорошее дело, а мне вернется сторицей. Надеемся, что скажут «спасибо». А христианское милосердие — это добро, за которое не ждешь воздаяния.

— Люди, пока у них все хорошо, пока не окажутся в критической ситуации, бывает, говорят: Бога нет. Беда меняет людей?

— Меняет. Кого-то заставляет задуматься. Люди разные. Один начинает злобиться, Бога проклинать за то, что с ним случилось. При этом он лежит на кровати, на растяжке, к нему родственники приходят, то есть все благополучно у него. И он видит, что приходит женщина к его соседу, незнакомая, утку выносит, подмывает, подтирает, кормит… И не ждет ни благодарности, ни денежки. Тогда он начинает оглядываться, прислушиваться. Сначала отказывается от просфорочки, потом говорит: дайте-ка и мне. Потом соседу начинает помогать. Добро-то, оно заразительно. Оно реальное, конкретное, живое. Господь поругаем не бывает, и дела во славу Господа семечко добра дают, оно оседает, прорастает.

— А нет у вас ощущения, что меньше стало добрых людей?

— Добро, оно ведь тихое, не напористое, поэтому не так заметно. А зло мы видим сразу. Поэтому такое ощущение складывается.

— Откуда вы берете силы делать такую работу? Бог дает?

— Наверно, Бог и батюшкины молитвы. Мы счастливы, что у нас такой батюшка. Многое зависит от его мудрости, терпения, доброты, понимания, отзывчивости. Когда он отдыхает, когда спит? У него около трехсот духовных чад, он должен их исповедовать. Он и в дома ездит, к болящим. Соборует, исповедует, причащает, не оставляет своих чад. В семь утра он уже приходит в больницу крестить. И поздно вечером на любую просьбу откликается. Просто подвижник.

Среди сестер очень мало было тех, кто не выдержали и ушли. Мой личный пример: я считала, что у меня есть проблемы какие-то, хныкала, жалела себя. Но когда увидела наших подопечных, мне стало стыдно. Как же я смею жаловаться, когда вот она — настоящая боль? Настоящее горе. И то, что мы делаем, — это житейское. Батюшка сначала был против, чтобы за мужчинами ухаживали женщины. Ну, а кому еще? Мы не на свидание пришли, мы пришли помочь.

Дело нужное, и делать это некому. Наши женщины оставляют свои семьи, детей, мужей, внуков и идут. Дежурства у нас по графику, с утра до обеда, потом с обеда до вечера. Тяжелая это тема, потому что людей не хватает. 22 человека нас всего. Женщины в основном пенсионного возраста. Помощь наша — это капля в море, кругом столько людей, нуждающихся в помощи!

Нам нужны помощники. И женщины, и мужчины. Кроткие, терпеливые, с любящим сердцем.

Не могу не сказать о наших мужчинах. Вячеслав Иванович приходит с раннего утра: умыть, причесать, побрить, помыть, перестелить постель, уложить поудобнее. Он строгий, серьезный, очень ответственный. Не любит, когда его хвалят. И другие ему под стать — не хотят, чтобы о них писали, рассказывали. В этих мужчинах есть основа, настоящая, русская. С ними интересно поговорить. Они многое знают, понимают, и у них не напоказ все, это их суть. Они просто так живут, в соответствии со своими принципами. У них семьи, дети, они могли бы силы и время потратить на свою семью. А они настоящие братья милосердия.

— А статус у вашей организации есть?

— Как какое-то общество мы не зарегистрированы. У нас нет статуса никакого. Игуменья ставит на документах роспись, печать. Вообще-то, она не должна отвлекаться на это, у нее другие задачи. Она нас поддерживает, помогает во всех вопросах, раз в месяц дает деньги на нужды сестричества.

В одном материале обо всех добрых делах сестричества не расскажешь. Мы еще вернемся к этой теме в других номерах газеты. Обращаюсь к читателям: если вы можете чем-то помочь, приходите в Свято-Успенский женский монастырь или к сестре Надежде, тел. 8(919) 026 79 42.

Галина Ахсахалян,
фото из архива сестричества милосердия.

Что значит быть милосердным?

Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...
Оцените материал

Комментарии на “«Помощь наша — это капля в море…»

  1. Вот год назад 3 (три) недели лежала в районной кардиологии.
    НИ РАЗУ не видела ни одного священника, ни одной сестры милосердия.

    Есть с чем сравнивать. Пять лет назад в областной больнице три раза в неделю в палату приходила сестра милосердия и 1 раз в неделю — священник. Беседы вели разные. Даже атеистам нравилось с ними разговаривать. Душа успокаивалась.

    А наши, похоже, врут все …

        1. Цитата:
          — В больнице (в отделениях травматологии, хирургии, кардиологии) есть люди, за которыми некому ухаживать, — потерявшие родных, одинокие, беспомощные. В основном это бомжи. Брошенные, без документов. Наши задачи: санитарно-гигиенический уход, кормление, то есть уход за телом. И духовное просвещение, воцерковление этих людей.
          )))))

          1. а, вот в чем дело ))) пока бомжей и одиноких людей в отделении нет — сестер милосердия там тоже не видать. Понятно.
            Вопрос: а как они узнают, что их контингент в отделении появился?

  2. В день, когда вышла газета, я в этой сестринской комнате, можно сказать, была. У порога. Принесла два мешка гуманитарной помощи, которую перекрестили и взяли. Комната в самом конце коридора по левой стороне, написано «Столовая».
    Две сестры там были, постарше и помоложе. В травме, на 3 этаже.
    Про кардиологию не знаю, не была. Но божьи люди не врут как бы, это же грех!

  3. Все люди врут.
    Только некоторые потом за это у Бога прощения просят. И Бог им прощает. Вот и вся разница.

Добавить комментарий для автор Отменить ответ

Войти с помощью: 

Я не робот.

Top
Adblock detector