Вы здесь
Главная > История и культура > Культура > В Александровском кремле нашли место пиршеств Ивана Грозного

В Александровском кремле нашли место пиршеств Ивана Грозного

На следующей неделе в музее-заповеднике заканчивает работу Древнерусская археологическая экспедиция Государственного Эрмитажа. О предварительных итогах двенадцатого полевого сезона читателям газеты рассказала археолог Екатерина Алексеевна Турова.

Стоит сразу же напомнить, что перед исследователями тайн земли александровской никогда не стояли задачи отыскать библиотеку Ивана Грозного или сундук с драгоценностями. Задачи всех «углублений в историю» — поиск останков древних, не сохранившихся по тем или иным причинам сооружений и реконструкция государева двора, которым в XVI веке восхищались много чего повидавшие иностранцы.

Эрмитажные археологи при участии работающих за идею волонтеров методично «перепахивают» кремлевское пространство. В 2015 году на территории Александровского кремля они нашли фрагменты стен некоего сооружения и, продолжив свои исследования в 2017 году, атрибутировали его как Большую палату Государева двора. И хотя, по словам Екатерины Туровой, название сооружений Александровской слободы не очень хорошо известно, но некоторые сооружения были упомянуты в свадебных чинах Ивана Грозного. Свадебные чины — это подробное описание всего хода царской свадебной церемонии от первого до последнего дня с росписью всех гостей «по чинам», в соответствии с которыми они исполняли строго закрепленные за ними ритуальные функции. И вот по этим описаниям выяснилось о существовании такого сооружения, как Большая палата. Екатерина Турова: «Точной датировки этого здания мы сделать не могли, потому что та стена, которая нам открылась, и часть подвального помещения, которое отгораживала эта стена от наружной части резиденции, были практически полностью разобраны. Оставалась только очень небольшая часть кладки, буквально два-три белокаменных блока и отпечатки кладки в фундаментной траншее. Поэтому сезон 2019 года должен был расставить точки над „i“ в датировке этого сооружения. Мы хотели понять, что же находится снаружи. По исследованиям предыдущих сезонов мы знаем, что к этой палате вели переходы на столбах. Они вели со стороны Царицына двора. И было интересно узнать, вели ли эти переходы к галерее или эти переходы вели к крыльцу, или они сами по себе подходили к тому месту, где палаты соединялись. Вариантов было очень много. И сезон 2019 года отчасти разъяснил те вопросы, которые для нас оставались тайной. Как говорил ныне покойный археолог Михаил Васильевич Фролов: раскопки не ответили на поставленные вопросы, зато поставили много новых вопросов. Но, тем не менее, мы абсолютно укрепились в датировке палаты, поскольку все остальные сопутствующие ей архитектурные конструкции мы можем уверенно датировать временем Ивана Васильевича Грозного».

Выяснили археологи и то, что непосредственно перед строительством Большой палаты на этом же месте стояло какое-то деревянное сооружение, опирающееся на достаточно мощные столбы, и после разборки этого деревянного сооружения столбовые конструкции, поддерживающие, по-видимому, площадку галереи или площадку крыльца, были поставлены в том же порядке, в котором стояли деревянные столбы. Екатерина Турова: «По рабочей гипотезе, которая, конечно, будет требовать дополнительных исследований и подтверждения, мы столкнулись с новой каменной большой палатой, которая фигурирует в свадебных чинах 1575 года, а предшествующая ему деревянная палата была до этого построена с той же функцией и просуществовала примерно три-четыре года, поскольку упоминается в свадебном чине 1571 года. Что произошло с этой палатой, которая была до 1571 года, мы сказать не можем, ее остатков на этом участке нет, и мы ее пока не нашли. Но, безусловно, такое сооружение было, и мы предполагаем, что оно было построено в первый строительный период».

Были и другие специфические находки. Екатерина Турова: «В этом году открылись конструкции площадки крыльца: это два больших прямоугольных столба на двух участках раскопа и к ним примыкают по одному в линии столбу меньшего размера. Эти столбы имели, по всей вероятности, ромбическую форму. В предыдущий период мы уже выходили на такую конструкцию, и нами была исследована галерея, которая имела ромбические столбы, но эти столбы сложены были совершенно в другой технике. Здесь столбы одиночные и сложены более небрежно, технологические характеристики кладки и раствора существенно ниже, чем те, что мы исследовали на Царицыном дворе. Но самым неожиданным для нас явилось то, что за этой площадкой, на которую выходили, видимо, из большой палаты, открылось другое подвальное помещение. То есть площадка соединяла два сооружения, имевшие мощные подвалы. Так вот это неожиданное для нас второе помещение, на наш взгляд, — Столовая палата, которая тоже упоминается в свадебных чинах. Там говорится, что великий князь из Большой палаты идет в Столовую палату, а потом из Столовой палаты вернется в Большую палату. Маршрут „не прописан“, но по контексту понятно, что эти две палаты должны были находиться где-то рядом. Исходя из этого, мы и сделали предположение, что вторая палата, которая находится ближе к Распятской церкви-колокольне, — она и есть Столовая. Ее исследование, я очень надеюсь, еще впереди. Периодика грозненского строительства не так проста, как нам казалось с самого начала».

Среди более «приземленных» находок этого года — курляндская монета 1575 года, которая, по предположению археологов, датирует вместе со свадебными чинами постройку этой новой большой палаты. Есть еще две монеты-чешуйки, одна из которых была найдена в заполнении фундаментной траншеи большой палаты. Это так называемое «тверское пуло» (русская медная разменная монета конца XIV-XVI веков, появившаяся как подражание монетам Золотой Орды), которая датируется началом XV века. Вторая — монета грозненских времен, найденная в раскопе шурфа, который, скорее всего, является работой археолога Глазова, работавшего на территории кремля в 1980-е годы, но несколько небрежно ведшего полевые записи и фиксации.

Более важной находкой археологи считают не монетки, а фрагмент белоглиняной поливной плитки пола. Аналоги такой плитки есть в большом кремлевском дворце в Москве, и она относится к началу XVI века. Ранее уже находились маленькие фрагментики аналогичной плитки, но по ним было сложно сказать, что же это такое. Это первая находка плитки, и крайне важно, что она нашлась именно здесь в районе самой парадной части резиденции.

Найден также небольшой фрагмент пальметты (растительный орнамент в виде веерообразного листа пальмового дерева), аналоги которым тоже есть в архитектурном обрамлении порталов кремлевских построек начала XVI века.

По предметам есть еще несколько почти целых артефактов из «монастырского» слоя рубежа XVII-XVIII веков. Из этого же слоя происходит собранный из фрагментов, но очень красивый золотистой поливы ковш, который, возможно, относится к более раннему периоду. Аналоги пока неизвестны. Ковш эстетически очень привлекателен, и у него небольшая ручка с изображением единорога. Возможно, что царский, поскольку слой XVIII века включает в себя как слой первого периода существования монастыря, так и разборку каких-то более ранних сооружений. Поэтому не исключен вариант, что ковш попал из более ранних напластований.

Не найден пока еще и аналог фрагмента изразца с коробчатой румпой (глиняная коробка для крепления изразца в стенной или печной кладке), на котором изображен двуглавый орел. Разновидностей таких орлов очень много, но подобного еще не видели. Возможно, что он тоже относится к периоду правления великого московского князя Василия III.

Эдуард Егоров,
фото автора.

5 (100%) 1 vote

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Я не робот.

Top