Вы здесь
Главная > История и культура > Культура > «Длинные руки» опять добрались до Александрова

«Длинные руки» опять добрались до Александрова

11 октября в зале под сводами Александровского музея Марины и Анастасии Цветаевых выступили участники шестого международного фестиваля «Длинные руки». Устраивает фестиваль известная московская концертная площадка «ДОМ». «Длинные руки» — это новая и старая, маргинальная, забытая, неизвестная или «неопознанная» музыка, «неформат». Неудивительно, что принимают ее далеко не все. Полный поначалу зал к концу поредел. Но те, кто остался до конца, были благодарны музыкантам за бурю эмоций и неведомые доселе звуки.

Открыла концерт Рийян Чан (Корея). Она играет на традиционном корейском инструменте кайягум-санжо (струнно-щипковый инструмент, похожий на наши гусли). Игре на нем она училась десять лет и уже 27 лет играет. Музыка, вероятно, полна сакрального смысла, недоступного нам. Гораздо интереснее наблюдать за исполнительницей — как она извлекает звуки, и ассоциировать их то с шумами природы, а то с человеческим голосом.

Дуэт Татьяны Калмыковой (вокал) и Алексея Плюснина (электрогитара) — это соединение древнерусского православного знаменного распева и современной экспериментальной музыки. Татьяна Калмыкова (Сваха) училась у известного мастера и исследователя фольклора Дмитрия Покровского, побывала в экспедициях во многих областях России. В своем исполнении сочетает традицию, аутентичное пение и импровизацию. Как исполнить распев, зависит от мастерства распевщика, от его готовности варьировать музыкальную основу. Знакомые распевы у Татьяны преображались до неузнаваемости (как я узнала их? — по словам!). От пения Татьяны пахнуло славянской мифологией, которую мы, в сущности, знаем слабо. Колыбельная песня про Иго — иначе былина «Татарский полон» — история, передаваемая изустно. «Странная колыбельная», где сон и смерть — одно, учит ребенка не боятся смерти. Был распев, где явственно слышен колокольный звон (хвала Алексею!). Богатый голос певицы, пластика (тело тоже пело) буквально завораживали. Почему исконная наша музыка попала в «неформат» — потому что мы Иваны, родства не помнящие? Публика принимала дуэт на «ура», восторженно кричала «браво!», замирала, чтобы слушать дальше…

Гвоздем программы стал дуэт японского фри-джаза: Юриюки Харада (фортепиано) и Наоджи Кондо (тенор-саксофон). Действо началось с исполнения соло на саксофоне. Кондо играл на саксе со школьной скамьи и долгие годы практиковал как психоаналитик. Вот откуда его умение погружаться в глубины музыки. С инструментом они — одно целое, любая мысль может быть озвучена. Именно мысль, это дуэт интеллектуалов. Харада вышел на сцену в желтой футболке в полоску, синих джинсах, аккуратных красных кедах с белыми шнурками и круглой коричневой шляпе. Сел за рояль Анастасии Цветаевой. О боже, что он с ним делал! Инструмент расстилал клавиатуру, постанывая и приседая. Педаль грозила оторваться. Аккорд завершался ударом ладони по крышке. Жаль, стул был не вертящийся — остается догадываться, что можно было бы исполнить с его помощью.
Лицо пианиста было непроницаемым, но иногда он высовывал язык. От лицезрения такой свободы творчества мы открыли рты. В музыке было много урбанистических звуков, подтрунивания, доведения ситуации до абсурда. Кто-то нам говорил, что они не шумовики. Где вообще грань между музыкой и шумом на фестивале «Длинные руки»? Там всё — музыка. Даже приверженцам традиционного джаза понравилось, что уж о нас говорить?!

Очень надеемся, что седьмой фестиваль «Длинные руки» не обойдет стороной Александров.

Галина Кипренко,
фото Сергея Керженцева.

Оцените материал

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Я не робот.

Top
Adblock detector