Вы здесь
Главная > Город > Городские дела > Мичман Василий Погодаев: походы, походы — о, сколько вас было!

Мичман Василий Погодаев: походы, походы — о, сколько вас было!

Василий Иванович Погодаев возле изготовленной им модели флагмана российского императорского флота «Двенадцать апостолов».
Василий Иванович Погодаев возле изготовленной им модели флагмана российского императорского флота «Двенадцать апостолов».

7 апреля в России отмечается День памяти погибших подводников. Мужественные люди, которые посвятили свою жизнь этой опасной профессии, живут и в Александровском районе. В Александровском военном комиссариате мне подсказали несколько телефонов моряков-подводников, но те из них, до кого удалось дозвониться, рекомендовали побеседовать с мичманом Василием Ивановичем Погодаевым, который для них является непререкаемым авторитетом.

Василий Иванович родился в 1948 году в Кировограде, тогда — советском, а ныне — украинском городе. В этом городе его отец, участник Великой Отечественной войны, оказавшийся на службе в батальоне аэродромного обслуживания, нашел себе жену. Но Василий Иванович говорит, что его далекий предок был выходцем из Владимирской земли и во времена Ивана Грозного был служилым человеком у бояр Колычевых, уйдя с Иваном Колычевым, (по одной из версий — это тот самый атаман Иван Кольцо), ушкуйничать на Волгу, а потом вместе с Ермаком отправился «воевать Сибирь». После гибели Ермака и Кольца остатки казаков остановились на Урале. Выбрали удобное место, на стечении трех рек, и основали там Яицкий городок, ныне — Уральск, который после развала СССР оказался в другой стране — Казахстане. Василий Иванович призывался из Уральска, где жили его родители, туда же и вернулся, выйдя на пенсию в 1983 году. А потом наступили «известные события 1990-х годов», во время которых русскоязычное население стали выживать. Пришлось уехать со всей семьей из десяти человек. Квартиру, полученную от государства, продали за 9 тысяч долларов. Купить на эти деньги в городе ничего не представлялось возможным, а потому купили дом в деревне Наумово.

— Несмотря на то, что в вашем роду было много военных людей, но из флотских вы — первый. Вы стали подводником по зову сердца или по стечению обстоятельств?
— Когда я появился на свет, мой дед сказал: моряк родился. Так оно и вышло. Меня призвали в армию в 1967 году, в Североморске я окончил учебный отряд надводного плавания и стал котельным машинистом. Был объявлен набор в школу техников в Северодвинске, которая задумывалась как училище. В то время корабли строили быстро, и комплектовать их средним офицерским звеном надо было быстро. Такого долго-
строя, как сейчас, не было. Вчера в Северодвинске подлодку «Казань» на воду спустили, так ее строили 7 лет. Мы дипломы получили, и по распределению в 1969 году я попал служить на подводную лодку К-420 — это подводный ракетный крейсер стратегического назначения. Потом нашу лодку приписали к 12-й эскадре подводных лодок Северного флота (Мурманская область), которая была преобразована в 3-ю флотилию. Там я и служил все годы до пенсии — 16 лет.
У нас на борту было 16 баллистических ракет. В 1970 году со стапелей «Севмаша» в Северодвинске сошли подлодки К-418, моя К-420, К-423 и печально известный «Комсомолец» (К-278). На «Комсомольце» служили трое моих однокашников. Это была уникальная лодка — титановая. У нас ее называли «Золотая рыбка». Если наш корабль обходился государству в 3,5 миллиарда (не считая ракет, торпед, вооружения), то она — немерено. Ходовые и государственные испытания мы проходили одновременно в Белом море. Когда погиб «Комсомолец», две фамилии я не увидел в списке погибших, а одну — мичмана Серёжи Черникова — увидел«.
Живет в Александрове еще один подводник — «курчанин» Лёша Панфилов, который служил на подводой лодке «Курск». Он уволился со службы в 1998, а в двухтысячном «Курск» погиб, а на нем погибли его друзья. Один из его друзей был командиром БЧ 2-3 ( минно-торпедная боевая часть), поступил в академию в Питер, приехал домой в Ведяево и случайно встретил флагманского специалиста, предложившего ему выход в море, парень ушел командиром БЧ-3, и вместо учебы в академии погиб.

— А у вас на глазах гибли ваши боевые товарищи?

— Нет, у нас экипаж был боевой, у нас потерь не было за все годы. Хотя у меня — одиннадцать «автономок». Меня окружали хорошие специалисты с хорошими морскими качествами. У меня есть стихотворение «Памяти экипажа «Курска»: «Как жаль, что очень редко вы ходили в походы дальние — в них опыта залог. Не вам, конечно, а стране России, мой горький, но заслуженный упрек…». Опыт моряка приобретается в море, нигде иначе. А у них за пять лет была всего одна «автономка». Это — не дело.

— Не всякий сможет длительное время суметь сохранить выдержку в ограниченном пространстве.
— У подводников очень серьезный психологический отбор, начиная с момента призыва. «Автономка» — это три месяца без всплытия. Три месяца, конечно, было выдержать сложно. Одни и те же лица в одной консервной банке. Но экипажи были слаженные. Мы очень много ходили в море. Это сейчас редко-редко ходят. Дежурили мы всегда в Атлантике, в Саргассовом море. Из перископа можно было Америку видеть, тогда это был наш вероятный противник. Но в 12-мильную зону мы, конечно, не входили, границ не нарушали. У нас ракеты были небольшой дальности. Это сейчас они летят на 9 тысяч километров, а у нас дальность полета была 3 тысячи. Мы с Баренцева моря территорию вероятного противника не достали бы. Это первый момент, а второй — это то, что ракета с территории Советского Союза летит 30 минут, и вероятность сбить ее очень большая. Наша ракета достигла бы противника через три минуты, и обнаружить и сбить ее практически невозможно.

Тридцать третий день рождения  на подводной лодке.
Тридцать третий день рождения на подводной лодке.

— Как вы оцениваете сегодняшнее состояние военно-морского флота и флотскую подготовку в нынешней армии?
— Нас в Северодвинске готовили долго. В 1983 году наше поколение уходило, нам на смену пришло новое поколение: кто от сумы бежал, кто от тюрьмы. Их учили 7 месяцев строевой подготовке, а потом отправляли на лодку. Ну, какие из них специалисты? Нагнали непонятно кого, готовили непонятно как. И пошло-поехало, начиная с 1984 года: 423-я, «Комсомолец», 159-я… Это ответ, что значит спец на подводной лодке. Все зависит от подготовки. А что в армии сейчас год делают — я вообще не понимаю. Готовить, бесспорно, надо, но не год.

— Профессиональные военные и морские офицеры, на ваш взгляд, это престижно? Как приучить молодежь, что профессия «родину защищать» — это почетно?
— Когда я приехал сюда в 2001 году, мне предложили работу — четыре года я числился заведующим сектором культурно-массовой работы Культурно-досугового центра округа Александров и руководил военно-патриотическим клубом «Сокол», в котором занималось порядка сорока мальчишек и девчонок. Мы изучали историю края, занимались поисковой работой и физической подготовкой, помогали ветеранам, были участниками движения «Под княжеским стягом». Клуб гремел, но после гибели Виталика Зиненко, лучшего из моих учеников, я просто задумался — может, я не тому их учил, может, надо было учить их косить от армии. Я его готовил. Парень был умница, спортивный, упрямый, всегда добивался своего и добился. Закончил Голицинский пограничный институт ФСБ России и — служить в знаменитой «Альфе» (Управление «А» Центра специального назначения ФСБ России). Теперь его именем названа александровская школа № 5, в которой он учился.

— На подлодке каждая деталь — опасность. Как же люди идут служить на подводную лодку.
— Вопрос интересный… А кто его знает, почему? У нашего народа менталитет такой: опасно — ну и чё? У меня есть такие стихи:
Окончен поход, он по счету десятый
Но он не последний, уверен вполне.
И нас и не раз от души покачает
На злой непокорной и бурной волне.
Походы, походы — о, сколько вас было!
Казалось, похожих один на один.
И только не ясно, какая же сила
Влекла и влечет в неизвестность глубин.

Эдуард Егоров,
фото автора и из архива собеседника.

Наша справка

День памяти погибших подводников отмечается с 1995 года 7 апреля — в этот день в 1989 году погибла атомная подводная лодка Северного флота «Комсомолец». Считалось, что по своим тактико-техническим характеристикам атомная подводная лодка этого класса опережала время примерно на четверть века. Трагедия произошла в Норвежском море, во время возвращения лодки с боевой службы. На «Комсомольце» возник пожар, приведший к потере плавучести и погружению на дно уникальной субмарины. Из 69 человек экипажа погибли 42 человека.
Не менее трагичным событием в истории современного российского Военно-морского флота стала гибель атомной подводной лодки «Курск». 12 августа 2000 года в Баренцевом море в результате взрыва торпедного боезапаса в первом отсеке трагически погиб весь экипаж атомной подводной лодки К-141 «Курск» — 118 человек.

Оцените материал

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Я не робот.

Top